Важнейшие новости

Все новости

00:13 14 марта↓ В Англии нашли «виновника» отравления Скрипалей
15:49 24 сентября↓ В пищевом пальмовом масле нашли опаснейший яд
15:24 Богатеем на глазах… Ученые объяснили введение «индекса самогона»
14:48 Ультиматум. Судовладельцы грозятся покинуть рынок зерна из-за низкой стоимости фрахта
13:03 Искусственное мясо россиянам пока не грозит
14:28 17 сентября↓ В России могут ввести новые ограничения на продажу алкоголя
13:25 Новый урожай обрушил цены на кукурузу в России
14:53 16 сентября↓ Роскачество рассказало, как правильно прочитать маркировку товара
14:47 «Ритейлеров призвали к соразмерности». Штрафы для поставщиков могут снизиться
14:01 12 июля↓ Продэмбарго пересчитывает российские цены
13:35 Россияне стали больше тратить за один поход в магазин
12:00 Мнение. Идея запрета уничтожения изъятых продуктов требует проработки
14:23 7 июля↓ Росстат назвал наиболее подорожавшие продукты по итогам 2018 года
15:47 4 июля↓ Минсельхоз не планирует ограничивать сбор диких грибов и ягод
15:38 Мировые цены на продовольствие за июнь снизились на 0,3%
15:33 Назван напиток, препятствующий развитию рака и диабета
14:24 18 июня↓ Работники хлебокомбината в Подмосковье объявили голодовку из-за долгов по зарплате
13:35 Названы провоцирующие возникновение смертельных болезней продукты
12:07 23 мая↓ «Перекресток» задумался о сотрудничестве с сервисами доставки еды
12:20 18 мая↓ РФ увеличит урожай зерна 2019 г, но поставки на экспорт вырастут меньше

Мушег Мамиконян, президент Мясного союза России:
«Политизированность и сжатые сроки процедур ратификации присоединения РФ к ВТО, наложенные на заблуждения по мерам и методам защиты отечественной мясной отрасли, являются фундаментом разногласий и недовольства бизнеса и чиновников условиями присоединения»

7 января 2013 в 16:36
Раздел: Статьи

Настоящий аналитический материал является попыткой изложения независимых взглядов и альтернативных подходов в проведении политики поддержания роста, в частности мясного сектора РФ и ЕЭП в целом.

Изложенные материалы могут быть полезны специалистам министерств и ведомств, инвесторам, руководителям субъектов рынка. От наших коллег, экспертов и аналитиков мы ожидаем дискуссии, и может быть, не обозначенных в материале возможных альтернатив и полезных инициатив.

 

Введение

Проводимая в последние 10-12 лет агропродовольственная политика РФ оценивается нами как очень эффективная: она стимулировала гармоничное развитие животноводства и птицеводства, а также перерабатывающей отрасли мясной промышленности. Столь значительных позитивных изменений в аграрной сфере, как за последнее десятилетие, в России не было со времен Столыпинских реформ.

В этот период на ключевых рынках РФ проводилась последовательная политика импортозамещения. Хороших результатов в этой работе удалось достичь по продуктам с высокой добавленной стоимостью, а именно по готовым мясным изделиям. Так, к 2011 году на рынке мясных изделий доля отечественных предприятий превысила 95%.

Введение правительством РФ тарифного квотирования импорта мяса с 2003 года, а также рост потребности со стороны предприятий промышленной переработки мяса создали условия для количественного и качественного развития животноводческой отрасли, в частности, птицеводства и свиноводства, на современном технологическом уровне.

Птицеводство в связи с ростом спроса на переработанные мясные изделия из мяса птицы получило возможность для развития глубокой переработки своей продукции.

Являясь отраслью высокого экономического передела по сравнению с животноводческой и птицеводческой отраслями, мясоперерабатывающая промышленность напрямую формирует более 50% рынка сбыта для всей свиноводческой отрасли, потребляет до 30% от производства говядины и около 30% производства мяса птицы в РФ.

Синхронизированное развитие подотраслей мясного сектора РФ было достигнуто за счет проведения оптимальной таможенно-тарифной политики и финансовой поддержки сырьевых отраслей мясного сектора РФ. За прошедший 12-летний период в целом завершена модернизация промышленных активов как в мясоперерабатывающей отрасли, так и в птицеводстве. Свиноводческая отрасль находится в активной стадии этого процесса и для его завершения потребуется не менее 6 — 7 лет.

К сожалению, успешное развитие и укрепление отечественного аграрного сегмента за последние 10 лет пока является единичным масштабным примером фактической диверсификации российской экономики.

Важно понимать, что именно введение более десяти лет назад ставки импортного таможенного тарифа по коду ТН ВЭД 1601 «Готовые мясные изделия» в 25%, но не менее 0,4 Евро за 1 кг создало условия для максимального импортозамещения на российском рынке мясопродуктов. Поэтому доля отечественной переработанной мясной продукции в настоящее время составляет более 95% потребления в отличие от многих других важных секторов потребительского рынка (рис. 1).

Рис.1. Доля импорта и отечественных товаров в 2011 году

Источник: РОССТАТ, ФТС. Расчет MOODY‘S, Мясной Союз России

 

Присоединение РФ к ВТО и утверждение государственной программы развития сельского хозяйства на 2013 — 2020 гг. сформировали новые условия существования и развития рынка мяса, поэтому в настоящий момент возникла необходимость переосмыслить состояние, методы регулирования, риски и возможный потенциал роста рынка мяса и мясопродуктов РФ.

Необходима новая дискуссия экспертов, инвесторов, специалистов, аналитиков для лучшего понимания потенциала и возможных путей развития, а также влияния неизбежной расширяющейся интернационализации бизнеса мясного сектора.

Генерация идей в новых внешних обстоятельствах важна так же для специалистов министерств и ведомств, задействованных в принятии как кроссотраслевых решений, так и участвующих в интеграционных проектах Единого Экономического Пространства (Белоруссия, Россия, Казахстан).

 

I. Внутренние и внешние факторы

1. Анализ последствий протокольных соглашений по присоединению РФ к ВТО

Политизированность и сжатые сроки процедур ратификации присоединения РФ к ВТО, наложенные на заблуждения по мерам и методам защиты отечественной мясной отрасли, являются фундаментом разногласий и недовольства бизнеса и чиновников условиями присоединения.

Однако уже всеми признано, что соглашения при их выполнении нанесут существенный ущерб свиноводству и отрасли промышленной переработки мяса в РФ.

Из проблем присоединения к ВТО ключевой является снижение с 2015 года таможенного тарифа на «Готовые мясные изделия» более, чем в 3 раза (см. Рис.2).

Рис.2 Изменение фактического уровня таможенного тарифа в РФ по коду ТНВЭД 1601 «Готовые мясные изделия»

 

Из возможных стабилизирующих предложений для предотвращения столь значительного ущерба бизнесу предлагается обсуждение недостаточно обоснованных и часто нереализуемых на практике компенсирующих мер:

А) Обещание применять технические препятствия для проникновения импортных товаров (как живых свиней, так и готовых мясных изделий).

Б) Использование средств бюджетной поддержки (АМП – агрегированных мер поддержки) для защиты от ущерба.

 

A. Применение защитных мер и технических барьеров

В связи с тем, что наши оппоненты стали публично обсуждать данные вопросы на широких конференциях, в том числе с участием представителей иностранных компаний и зарубежных стран (в частности, конференция «Вступление России в ВТО: преимущества и риски агропродовольственного комплекса»), нам следует открыто заявить о нашей позиции по предлагаемым в этой части мерам.

При существующем уровне уступок (снижения таможенных пошлин) публичные заявления наших оппонентов о возможности применении разных легальных технических препятствий для доступа импорта на рынок РФ выглядят, мягко говоря, наивно.

Это большое и опасное заблуждение, которое уже опровергнуто на высшем уровне Первым заместителем Председателя Правительства РФ Шувалова И.И.

Во-первых, надзорные ведомства, в частности, ветеринарная служба РФ, Россельхознадзор не имеют достаточных полномочий для контроля предприятий экспортеров готовых мясных продуктов в странах-экспортерах.

Во-вторых, проекты наших технических регламентов декларируют не всегда научно обоснованные нормы и методы, что является препятствием в первую очередь для отечественных, а не иностранных производителей.

 

B. Применение поддержки в рамках АМП

Согласно «Соглашению по сельскому хозяйству» использование средств АМП подразумевает, в первую очередь и в большей степени, поддержку аграрного сектора, а не промышленной переработки сельскохозяйственной продукции. В российском законодательстве отрасли четко делятся на сельское хозяйство и перерабатывающую промышленность, а это означает, что применение мер по льготам на прибыль, ценам ГСМ, тарифам также не может быть использовано перерабатывающей отраслью.

Высокие таможенные тарифы на импорт как раз и были основным инструментом влияния и поддержки отечественной перерабатывающей отрасли.

Компенсация возможного причиненного ущерба мясоперерабатывающей отрасли ни по содержанию, ни по объему не соответствует возможностям бюджета АМП (агрегированных мер поддержки) РФ.

Для наглядности, приведем расчеты нескольких вариантов «стоимости» уступки по коду ТН ВЭД 1601 «Готовые мясные изделия»:

Вариант I. Рынок готовых мясных изделий РФ составляет около 2,5 млн. тонн продукции в год. Если пересчитать величину снижения тарифа на 1 кг в размере 0,44 Евро (0,69 Евро – 0,25Евро) за 1 кг, то получим расчетную теоретическую сумму возможной компенсации в размере 0,44 Евро х 2,5 млн. тонн = 1,1 млрд. Евро ~ 1,4 млрд. долл.

При сопоставлении данной величины с регулярным объемом АМП России после 2017 года в размере 4,4 млрд. долл. легко видеть, что данная сумма теоретически составляет 31% от АМП РФ. В условиях, когда из средств АМП на животноводство направляется около 25 — 30%, полученная сумма 1,4 млрд. долл. сопоставима с полной суммой поддержки животноводства РФ!

Вариант II. После вступления в силу новых импортных таможенных тарифов в 2015 году отсутствие роста отечественного производства готовых мясных изделий вследствие низкой эффективности и незащищенности от импорта приведет к снижению выработки от прогнозируемых 3,5 до 2,5 млн. тонн в год (на 30%). К примеру, с 2016-2017 года данная стагнация чревата для мясной отрасли, и для экономики страны в целом, снижением прогнозируемого ВВП на 200 млрд. руб. (6,6 млрд. долл.) в год и потерей 25 тыс. рабочих мест в промышленности.

Вариант III. Наличие относительно дешевого мясного сырья в странах-членах ВТО, в частности ЕС, создает более благоприятные условия для производства готовых мясных изделий. Как показывают опыт работы предприятий мясной отрасли в Восточной Европе, странах Балтии и Калининградской области, данный выигрыш в себестоимости в зависимости от вида произведенной продукции составляет 0,7-1,3 долл. за 1 кг. Но с учетом затрат на доставку и действующей пошлины 25%, равной фактически 0,69 Евро за 1 кг (по текущим ценам), создается паритет – справедливая конкуренция, в которой побеждают отечественные производители. Возможная компенсация при таком методе расчета для российских производителей в целях полноценной справедливой конкуренции могла бы составить 1,0 долл./кг х 2,5млн. тонн = 2,5 млрд. долл., что составляет более 50% от АМП РФ и в 1,5 раза превышает все плановые АМП по линии животноводства.

Можно привести еще ряд теоретических расчетов и доказательств несостоятельности других способов поддержания конкурентоспособности предприятий мясоперерабатывающей отрасли РФ после столь значительной уступки по ТН ВЭД 1601 «Готовые мясные изделия». Эти примерные расчеты приведены лишь для того, чтобы показать несостоятельность других мер поддержки, кроме таможенно-тарифных.

Нам предлагают попробовать компенсировать ущерб, причиненный мясной переработке присоединением к ВТО, за счет введения льгот на инвестиционные затраты. Но важно понимать, что средства для развития не нужны в условиях заведомой убыточности субъектов рынка, которая может наступить при согласованной с ВТО отрицательной ставке импортного тарифа (см. ниже). Это так же нелепо, как предложение приобрести еще одну комнату со скидкой, когда человеку не хватает доходов для оплаты ЖКХ.

Не нужно было менять условия, в которых отрасль добилась столь значительной конкурентоспособности, следовало защитить существующий импортный тариф.

В связи с этим необходимо обсуждать другие альтернативные таможенно-тарифные меры, которые еще возможны.

 

2. Необходимость дорегулирования рынка мяса для развития конкуренции

Новый этап развития экономики РФ в условиях действующих соглашений по ВТО совпал с чувствительным для бюджета страны периодом волатильности цен на нефть, а также с возникшими проблемами из-за очередной засухи в мире, что отрезвляюще действует на общественное мышление и процессы планирования.

Патерналистский подход государства к сельскому хозяйству и животноводству в частности привел за последние 10 лет к выдающимся результатам, степень важности которых еще предстоит по достоинству оценить обществу.

Анализ же протокольных соглашений РФ с ВТО по мясному сегменту выявляет ряд принципиальных системных пороков условий присоединения. Как было отмечено, соглашения по мясной отрасли противоречат принципу «тарифной эскалации», согласно которому импортный тариф на сырье и продукцию низких переделов, как правило, должен быть ниже, чем импортный тариф на продукцию высоких переделов. При несоблюдении данного принципа создается риск промышленной деградации наиболее успешной и конкурентоспособной подотрасли мясного сектора РФ, а именно мясоперерабатывающей промышленности, как мы описали ранее.

В связи с тем, что условия доступа на рынок импортной готовой мясной продукции (код ТН ВЭД 1601) пересмотреть практически невозможно, возникает важный вопрос: что делать с возможной угрозой 2015 года, когда начнут действовать либеральные условия импорта готовых мясных изделий?

Дальнейшее гармоничное развитие сырьевых мясных отраслей (в первую очередь свиноводства) и мясоперерабатывающей промышленности возможно при снижении барьеров доступа к импортному сырью для отечественных предприятий и потребителей:

- во-первых, перерабатывающие отрасли, как правило, защищаются таможенно-тарифными методами, в частности, высокими импортными тарифами, которые РФ недопустимо снизила (предположительно навсегда);

- во-вторых, по принципиальным соображениям сырьевые отрасли, как правило, напрямую финансируются из бюджета АМП, и поэтому их поддержка через высокие потребительские цены уже нецелесообразна;

- в-третьих, отрасли промышленного передела, и мясоперерабатывающая промышленность в частности, не относятся к сельскому хозяйству и не подпадают под прямые налоговые льготы и государственное финансирование.

Других решений быть не может.

Но возникают вопросы последовательности проводимой аграрной политики государства по отношению к программам развития животноводства. Ведь снижение таможенного тарифа на импорт мяса до уровня 5% и отказ от квотирования мяса (а это именно те условия, которые адекватны для обеспечения устойчивости экономических переделов в мясной отрасли РФ) приведет к снижению стоимости мяса для потребителей и одновременно снизит рентабельность в животноводстве. Но следует особо отметить, что снижение таможенного тарифа не относится к птицеводческой продукции, при том, что птицеводство в РФ успело гармонично развиться. Достаточно высокая конкуренция на рынке птицы и компетентность производителей обеспечивают стабильность цен, что соответствует равновесию интересов потребителей, производителей и государства.

Безусловно, предлагаемое нами снижение цен на рынке «красного мяса», имеющее широкую социальную базу поддержки, обеспечит минимальную продовольственную инфляцию в ближайшие годы, возможно даже дефляцию по мясу и мясопродуктам.

Таким образом, при снижении таможенного тарифа на сырье — красное мясо (свинина и говядина) мы обеспечиваем:

a) низкую инфляцию;

b) высокую экономическую доступность продовольствия для населения РФ;

c) гармоничное экономическое взаимодействие подотраслей мясного сектора, а также рост конкуренции и конкурентоспособности в целом.

 

Что же можно предложить для компенсации производителям животноводческой продукции, и важна ли адресность поддержки?

Следует подчеркнуть, что свиноводство РФ очень разнотипно и состоит из трех групп производителей с разной эффективностью (неэффективностью). Завышенная в 1,7-1,8 раз стоимость свинины для российских потребителей относительно потребителей, например, в ЕС, обеспечивает не только развитие высокоэффективных и конкурентоспособных, но и создает временную устойчивость малоэффективных, бесперспективных хозяйств.

Это означает, что политика правительства, проводимая по настоящее время, была очень эффективна для кредитования старта и развития нового типа предприятий промышленного свиноводства РФ (около 50% от объема производства в 2013-2014 гг.). Однако эта политика не обеспечивает условия развития конкуренции между высокоэффективными субъектами рынка, что не соответствует интересам потребителей, не способствует укреплению общей конкурентоспособности свиноводческой отрасли РФ и ЕЭП (Единого экономического пространства).

После либерализации условий импорта следует модернизировать способы поддержки отрасли, а именно применяемые сегодня меры развития (субсидирование части процентов по инвестиционным кредитам) сочетать с компенсационными выплатами на единицу произведенной продукции в рамках тех же объемов бюджетной поддержки в целом. Надо разнообразить способы поддержки конкуренции и сочетать меры развития с мерами стабилизации.

Нецелесообразно и далее поддерживать неэффективные, долгосрочно неконкурентоспособные формы хозяйствования за счет потребителей (населения) и бюджета (Росрезерва).

Предлагаемые методы позволят:

1) обеспечить поставку мяса, соразмерного по стоимости с продукцией в ЕС, для промышленных и розничных потребителей;

2) обеспечить поддержку развития эффективных предприятий и рост конкуренции между высококомпетентными предприятиями;

3) рационально использовать бюджетные средства (АМП) и добиться относительной стабильности доходности для конкурентоспособных хозяйств свиноводческой отрасли;

4) добиться оптимально низких цен на свинину для возможного экспорта мяса и мясопродуктов из РФ.

На новом этапе необходимо увязать стратегию развития животноводческих подотраслей с финансовыми возможностями бюджета РФ, и еще экономически целесообразнее было бы учесть возможности бюджетов стран ЕЭП для поддержания общей аграрной стратегии.

Нельзя ставить задачи, необеспеченные финансовыми возможностями правительства. Это неизбежно приведет к общему урону для всей экономики. Лучше меньше, но надежнее.

Разумное дорегулирование на рынке мяса необходимо для того, чтобы не проводить две взаимоисключающие стратегии одновременно! К примеру, внутренний таможенный тариф на импорт свинины после присоединения РФ к ВТО будет равняться 0, а внеквотный — 65%. Это напрямую ограничивает развитие конкуренции. Особенно странно видеть, когда отдельные отруба от разделки свиной туши, такие как жиры и субпродукты, не квотируются, и при этом на их импорт применяется произвольно выбранный импортный таможенный тариф 15% или 20%! Ситуация получается просто недопустимая, когда разные части (отруба) одного и того же типа сельскохозяйственного животного (свиньи) имеют совершенно разнотипные, не коррелирующие между собой, условия доступа на рынок РФ. То есть, разные и нелогичные тарифные и квотные условия.

Это приводит к торможению развития современной высокотехнологической разделки и глубокой переработки мяса свиней, так как формирование цен на разные отруба свиной туши в РФ одновременно зависят от огромного количества событий (политических, валютных, сезонных…), происходящих в мире. Это ненормально и приводит к абсурду: например, уже несколько лет даже самым высокоэффективным производителям свиней в РФ выгоднее продавать живой скот, чем его забивать и разделывать!

Надежды на изменение этой ситуации и введение универсальных условий доступа однотипного сырья на рынок тают после прочтения протокола о присоединении к ВТО. Если мы действительно хотим обеспечить декларируемые правительством развитие и приоритетность перерабатывающих отраслей, поддержку производства продукции более высокого экономического передела, то нам необходимо (и это возможно и одобряется в ВТО), унифицировать условия доступа на рынок РФ всех отрубов от разделки одного типа сельскохозяйственного животного (и здесь слово унификация – ключевое). Без такой унификации невозможно представить, как будут гармонизированы таможенные тарифы по мясу в странах ЕЭП.

Для справки, к примеру, Украина – страна, которая может быть экономически интегрирована с ЕЭП в будущем – являясь членом ВТО, унифицировала таможенный тариф на все блочное мясо на уровне 10%, а на готовые мясные изделия – 15%.

Мы видим простой универсальный подход: доступ сырья с уровнем защиты в 10%, импорт готовых мясных продуктов с уровнем защиты в 15%, что обуславливает разумную величину эффективного импортного тарифа в размере 5%.

Наши же текущие условия – разброс импортного таможенного тарифа по свинине от 0 до 60% – неразумны, непрофессиональны, абсурдны. Это противоречит принципам унификации и логики.

Кроме этого, отрицательный показатель «эффективного таможенного тарифа» для мясной отрасли с 2015 года в условиях ВТО — это экономический нонсенс!

При реализации таких условий открывается путь к промышленной деградации с последующей потерей конкурентоспособности даже эффективных производителей РФ и ЕЭП!

 

3. Интеграция РФ в ВТО и ЕЭП

Необходимость интегрированного плана развития мясной отрасли стран ЕЭП (Беларусь, Казахстан, Россия).

Страны Единого экономического пространства находятся в условиях двойной интеграции, обладают достаточной информированностью по условиям интеграции как внутри ЕЭП, так и РФ в ВТО.

Возникла жизненная необходимость разработки скоординированных между собой стратегических планов развития животноводства стран ЕЭП.

Целью стратегического планирования развития животноводческого комплекса и птицеводства должно являться рациональное использование накопленных компетенций и естественных преимуществ наших стран для достижения высокой степени самообеспечения, выгодного сотрудничества и роста конкурентоспособности.

Во-первых, после присоединения РФ к ВТО можно проанализировать степень защищенности или открытости отдельных агропродовольственных рынков и долгосрочно спланировать объем и, что особенно важно, структуру АМП.

АМП остаются основным финансовым инструментом прямого влияния на развитие производства и экономической защиты производителей животноводческой продукции.

Так как АМП ограничены рядом согласованных с ВТО параметров и бюджетных возможностей, существует риск нехватки ресурсов для поддержания стратегически важных отраслей. При этом любой метод их распределения не удовлетворит аппетиты всех подотраслей животноводства стран ЕЭП.

Если каждая из стран ЕЭП будет самостоятельно пытаться поддерживать все подотрасли агропродовольственной сферы из собственных бюджетов в рамках величин АМП, то получится «справедливая» размазанность, распыленность ресурсов, недостаточная для эффективной поддержки.

К примеру, если не согласовывать структуру АМП между странами ЕЭП, то в результатеполучим обострение конкуренции между свиноводами РФ и Белоруссии при одновременной потере их общей конкурентоспособности по отношению к импорту.

Решить эту проблему возможно, если разработать общую концепцию развития животноводства ЕЭП. В этом случае можно определить специализацию наших стран в тех или иных отраслях и аккумулировать средства для поддержки производителей именно этих отраслей в объеме, достаточном для обеспечения конкурентоспособности.

Во-вторых, разработка согласованной модели эффективной животноводческой отрасли ЕЭПв рамках бюджетов АМП потребует объективного обзора долгосрочной конкурентоспособности каждого из подотраслей мясного сектора наших стран. Такой обзор должен включать анализ как текущего состояния активов и технологического уклада, так и объективные биоклиматические и общественные особенности наших стран. Определив текущее состояние и потенциал долгосрочной конкурентоспособности важнейших животноводческих отраслей, возможности долгосрочной конкурентоспособности можно четко спланировать специализацию, а также структуру АМП каждой из стран ЕЭП.

Таким образом, определив проектные целевые объемы производства внутри ЕЭП (например, свинины), можно запланировать оптимальное использование средств АМП, рост и будущие объемы производства каждой страны для достижения максимального эффекта поддержки в рамках бюджетов и согласованных ограничений по желтой корзине ВТО.

Принимая во внимание значимость и потенциал развития каждой из отраслей в каждой из стран, а также достаточность ресурсов в рамках АМП для поддержания хотя бы двух подотраслей, по нашим экспертным оценкам, можно ранжировать приоритеты возможной модели специализации и интеграции.

 

Беларусь: Казахстан: Россия:
-молочное скотоводство - МРС - свиноводство
-свиноводство - КРС - птицеводство

 

Это означает, что для получения синергии и минимизации внутренней конкуренции планирование и направление средств АМП стран именно на эти отрасли должно осуществляться в приоритетном порядке.

При совмещении планов развития отраслей животноводства ЕЭП можно с большой уверенностью предположить, что в случае распределения АМП стран по предлагаемому методу получится «достаточная» защита принципиальных позиций при некоторой уступке менее принципиальных. К примеру, птицеводческая отрасль РФ достаточно защищена соглашением с ВТО, что предполагает аналогичный формат импортных тарифов при согласовании возможных условий присоединения к ВТО Белоруссии и Казахстана.

Важнейшими являются проекты как внутриотраслевой, так и межотраслевой интеграции.

Политическая заданность и макроэкономическая ориентировочность интеграции стран ЕЭП предусматривают использование более значимых внутриотраслевых преимуществ сотрудничества, которые пока недоиспользованы.

К примеру, рациональное использование производственных мощностей в мясной отрасли, исходя из приоритетности сотрудничества предприятий по коммерческим отношениям внутри ЕЭП. Эти проекты по нашим оценкам уже в скором времени обеспечат взрывной рост внутриотраслевого товарооборота, что существенно повлияет на экономические торговые показатели стран ЕЭП.

Большие потенциальные возможности ждут нас также и в проектах межотраслевой интеграции. Отсутствие пока платформ, совещательных форм обсуждения таких возможностей приводит к ошибочным представлениям о путях развития растениеводческой отрасли и животноводства стран ЕЭП.

К примеру, высокие транспортные тарифы на перевозку растениеводческой продукции являются самыми обсуждаемыми и критичными для правильного понимания и формализации стратегий отраслей и компаний. Эти дискуссии и споры между ведомствами, экспертами и лоббистами зернотрейдеров обычно заканчиваются попытками получения дополнительных дотаций тарифов по перевозкам естественно из средств. Такой «ультиматум» ставит правительства в тупик с учетом многообразия объективных и объемных потребностей, которые «нужны» для развития АПК.

Однако, часто годами не разрешаемые проблемы могут и должны быть решены проектами межотраслевой интеграции внутри каждой из стран ЕЭП, а также мерами межстрановой и межотраслевой интеграции смежных отраслей.

Лучшим лекарством труднорешаемой проблемы, такой как дотация перевозки зерна, могут быть проекты развития производственных конгломераций (кластеров) животноводческой деятельности. Конвертируя «излишки» потенциала нетто экспорта зерна в мясо и мясную продукцию мы радикальным образом расширяем радиус доставки продукции (мясо и мясопродукты), обеспечиваем развитие следующего экономического передела после зернопроизводства и кормопроизводства, что приведет к меньшей зависимости от тарифов на перевозку.

Проблемы территориальной удаленности в агросекторе невозможно преодолеть, если не будет выработана система взглядов и формализованы условия поддержки предлагаемых нами форм внутриотраслевой и межотраслевой интеграции экономик стран ЕЭП. Очень важны проекты локализации растениеводства, кормопроизводства, животноводства.

Отсутствие такого понимания приводит к неэффективным, нереализуемым прожектам, таких как, к примеру, развитие портовых терминалов для экспорта зерна, в том числе и на Дальнем Востоке, при условии дотации государством перевозок? Отдаленность от портовых терминалов зернопроизводителей Казахстана так же является большой проблемой, которая может решаться в рамках современной стратегии развития мясного сектора в ЕЭП с эффективной специализацией по подотраслям, как мы описали выше.

В случае согласования в рамках ЕЭП структуры бюджетной поддержки приоритетного профиля животноводческих подотраслей достигается:

  • позитивный синергетический эффект и развитие конкурентоспособного животноводства ЕЭП;
  • достаточность средств поддержки для ключевых животноводческих отраслей;
  • развитие конкуренции между высокоэффективными субъектами рынка;
  • рыночное ценообразование, создающее предпосылки для экспорта мяса и мясопродуктов из РФ;
  • возможность расширения интеграции со странами, уже являющимися членами ВТО!

Таким образом, при правильном планировании общей стратегии и координации действий стран ЕЭП можно с большей вероятностью добиться условий, обеспечивающих защиту интересов потребителей и производителей, а также реализацию амбициозной единой аграрной стратегии ЕЭП.

 

Промежуточные выводы.

1) Учитывая согласованную по протоколу ВТО ставку таможенного тарифа по группе ТН ВЭД 1601 («Готовые мясные изделия»), которая является продуктом отрасли последующего передела, для обеспечения положительного значения показателя «эффективного таможенного тарифа» на рынке мяса и мясопродуктов РФ следует средний таможенный тариф на импорт «красного мяса» (свинина, говядина) на территорию ЕЭП (РФ) определить величиной, не превышающей 0,25 Евро или не более 8% от контрактной стоимости товара (сырья) по коду ТН ВЭД 0102, 0103 включительно.

Только такое решение обеспечит положительное значение «эффективной ставки импортного тарифа» для дальнейшего развития и роста конкурентоспособности субъектов рынка.

2) Следует поменять парадигму поддержки животноводческого комплекса РФ и ЕЭП, а именно заменить поддержку производителей, проводимую за счет сохранения высоких цен на рынке для населения, на меры прямой поддержки эффективных производителей в рамках бюджетов, направляемых до сих пор исключительно на проекты развития.

Такой метод приведет к снижению потребительской инфляции и обеспечит возможность позитивной оценки потребителями интеграционных процессов как в ЕЭП, так и в ВТО.

3) Только низкие рыночные цены (при отсутствии в РФ экспортпоощряющих средств согласно протоколу о присоединении) могут обеспечить условия развития возможного экспорта мяса и мясопродуктов. Это очевидно для специалистов и стало особенно понятно после изучения фактических соглашений РФ и для неспециалистов.

4) Предлагаемые изменения наилучшим образом скажутся на возможностях гармонизации доступа на рынок других стран ЕЭП, которые пока продолжают переговоры по присоединению к ВТО.

Разработка совместного стратегического плана развития животноводства в ЕЭП обеспечит реализуемость и эффективность интеграции на принципах:

- взаимовыгодности и синергии усилий;

- универсальности и паритетности подходов и методов регулирования;

- развития конкуренции между высококомпетентными субъектами рынка;

- сдерживания потребительской инфляции и совмещения принципа социальной ответственности правительств ЕЭП по обеспечению экономической доступности продовольствия для населения с одновременной адресной поддержкой производителей продовольствия.

Применение на практике предлагаемых подходов может являться фактом подтверждения профессиональной зрелости наднациональных ведомств, регуляторов и бизнес сообщества стран ЕЭП, готовности совершенствовать меры и методы, регулирующие развитие на долгосрочную перспективу.

 

II. Перспективы отраслей

1. Птицеводство

Для стратегического планирования компаниям мясного сектора важно понимание взаимоувязанности потребления всех видов мяса, и, в частности, белка животного происхождения. Очень часто эти обстоятельства не учитываются и недостаточно понимаются, что становится благоприятной почвой для изложения ложных причин неэффективности деятельности компании и генерации непродуманных стратегий.

Рис.3. Потребление, производство и импорт птицы в РФ (тыс. тонн)

 

Птицеводство, как сектор самого доступного (пока) белка с точки зрения цены и удобства кулинарной разделки, к 2012 году реализовало основную, формализованную в «Доктрине» цель, а именно довело долю отечественного производства до уровня 90% от объема потребления мяса птицы на рынке в РФ. При этом следует отметить, что динамическое развитие отрасли базировалось в большей степени на догматичности стратегий субъектов рынка.

Как следствие, мы получили некоторые врожденные пороки быстрого роста:

- очень «скученные» в территориальном смысле производственные кластеры;

- однотипность по весу производимой птицы и однообразность подходов к позиционированию товаров на рынке;

- отсутствие значимой доли производства крупной птицы для эффективной разделки в промышленных масштабах (а это потенциально может составить более 50% рынка);

- отсутствие специализации по производству более мелкой калиброванной птицы «для гриля» (0,9 — 1,1 кг).

Доля разделанной птицы в мире ежегодно растет, превышает 50% и скоро достигнет 70%. Негативным фактором для отечественного птицеводства является повсеместное производство только тушки птицы «усредненного размера», как правило, массой 1,5 кг. В других странах мира с развитым птицеводством на рынке представлены в основном тушки с массой около 2,5 кг, в отдельных случаях более 3 кг, предназначенные для разделки и переработки (выход мяса от такой тушки выше, качество его лучше). Именно такие продукты нужны российскому птицеводству для полноценного удовлетворения потребностей рынка и повышения эффективности производства.

Кто-то из птицеводов должен стать первопроходцем в производстве тушек большей массы. Эти позитивные изменения очень важны для общей устойчивости и конкурентоспособности отрасли как на внутреннем, так и на внешнем рынках.

Рис.4 Источник: Альберт ДАВЛЕЕВ Президент АГРИФУД Стретеджис Вице-президент Международной программы Развития птицеводства (UIPDP)

 

Совокупность вышеперечисленных недостатков приводит к невысокой эффективности и конкурентоспособности птицеводства РФ, несмотря на впечатляющие количественные показатели в целом по отрасли. Анализ подобных просчетов позволяет увидеть дальнейшие пути развития птицеводства, а также может стать основанием для сценарного планирования бизнеса смежных подотраслей.

В птицеводстве, на наш взгляд, в среднесрочной перспективе до 2015 года следует сохранить меры стимулирования развития только в регионах с недостаточной конкуренцией отечественных производителей. Учитывая насыщенность птицеводства в ЦФО целесообразно стимулы развития сдвигать к периферии, и субсидирование кредитной ставки должно сохраниться для субъектов рынка в Поволжье, Сибири, на Дальнем Востоке.

Необходимо планировать и формировать внутренние предпосылки для экспорта мяса птицы. Перспективными для продвижения отечественной продукции являются рынки стран арабского мира и Северной Африки, которые испытывают нехватку зерна.

Особое внимание птицеводам стоит уделить сегменту консервированной продукции. Эта категория товара в России еще недостаточно оценена и апробирована. Спрос на консервы из птицы существует не только в странах с низкой покупательной способностью населения, но также в развитых и развивающихся странах. Следует создавать внутренние предпосылки развития производства продукции этой категории, для чего, кроме пересмотра целей самой отрасли, правительство в свою очередь должно принуждать к инновациям и реформам консервативных «держателей государственных заказов», например, Росрезерв.

 

2. Свиноводство

Для развития первого этапа эффективного промышленного свиноводства в РФ потребовалось больше ресурсов, в том числе временных. Бытуют дилетантские мнения о том, что свиноводство имеет больший, чем птицеводство, цикл выращивания животных, что делает данную отрасль менее инвестиционно привлекательной.

Из этого делаются необоснованные выводы, которые часто затрудняют понимание инвесторами и экспертами перспектив отечественного свиноводства. Следует подчеркнуть следующее.

Во-первых, целесообразность развития и экономические возможности любой из подотраслей животноводства напрямую связаны с уровнем субсидий в странах-экспортерах и уровнем государственной поддержки в РФ.

Во-вторых, развитие конкретной подотрасли связано с режимом таможенного регулирования.

Начало 2000-х годов сопровождалось двумя важнейшими обстоятельствами:

  1. снижение уровня субсидирования и экспортпоощрения в странах ЕС, а также изменение таможенно-тарифного регулирования в РФ;
  2. новая стратегия развития животноводства РФ, и как инструмент этой стратегии – утверждение новых мер политики в данной области, например, субсидирования ставки процентов инвестиционных кредитов в АПК.

Именно изменение этих обстоятельств в РФ сначала открыло «окно возможностей» для птицеводства, а потом уже и для свиноводства. Уместно сказать, что в мясном скотоводстве (говядина) увеличение объема не произошло и в среднесрочной перспективе не произойдет, хотя все решения принимались синхронно для развития подотраслей животноводства РФ. И сроки откорма свиней, или КРС в данном случае, не являются определяющими.

 

Специфической трудностью в отечественном свиноводстве явилось полное несоответствие капитальных активов (проектов) советского периода современным представлениям об организации и содержании скота на свинофермах. В связи с этим возникла необходимость в более глубокой реконструкции старых или в строительстве новых ферм соответствующих современным технологиям.

История развития свиноводства показывает, что именно новое строительство является единственно правильным путем, так как частичные преобразования не приводили к долгосрочной конкурентоспособности фирм. Это обстоятельство следует учесть свиноводам, эксплуатирующим «старые» модернизированные предприятия.

Сегодня мы наблюдаем четкую сегментацию и классификацию по типу производства свиноводческой отрасли РФ:

- промышленное свиноводство нового технологичного уклада (новые предприятия);

- промышленное свиноводство старого технологического уклада;

- мелкие частные фермы, ЛПХ и фермерские хозяйства.

Можно утверждать, что до 2020 года доля старого промышленного уклада и ЛПХ резко уменьшится и не превысит 20% от товарного объема свиноводческой продукции в РФ.

По истечении переходного периода присоединения РФ к ВТО (после 2020 года) существование других форм свиноводства кроме промышленного свиноводства нового технологического уклада будет нонсенсом. Надо готовиться

Несмотря на то, что именно свиноводство является принципиально важной подотраслью для стран северного полушария, включая РФ, дальнейшая поддержка неэффективных свиноводов будет невозможна вне зависимости от желания и стремления государства поддержать отрасль.

Не случайно именно свинина стала камнем преткновения на последнем этапе переговоров с ВТО. Все хотят продавать свинину именно в Россию, но отечественное производство свинины для современной аграрной экономики и политики слишком значимо, нужно находить баланс интересов.

Баланс интересов предсказуем – это рост промышленного свиноводства нового технологического уклада, усиление конкуренции, уход с рынка неперспективных, неэффективных предприятий старого технологического уклада и малых фирм, неинтегрированных в современные технические цепочки производства.

Рис. 5 Потребление, производство и импорт свинины в РФ (тыс. тонн)

 

Вследствие снижения пошлины на ввоз в Россию живого скота с 40 до 5% свиноводство с 2013-14 гг. ждут серьезные изменения. Снижение пошлины на ввоз скота (свиней) приведет к тому, что в Россию начнет поступать большое количество живых свиней из Прибалтики, Польши и других стран Восточной Европы. По всей видимости, будет восстановлен прежний объем забоя в Калининграде и западных областях России, таких как Смоленск, Псков и др. Это означает, что возникнет новый большой кластер импортеров или смешанных компаний, которые являются одновременно и импортерами, и переработчиками. Предприятия, которые занимаются переработкой, получат отличные возможности для быстрого проникновения на другие рынки, как с сырым мясом, так и с конечными мясными продуктами.

Рис.6 Источник: Национальный союз свиноводов

 

Старые предприятия и даже модернизированные (доля в общем объеме производства составляет около 25%), а также личные подсобные хозяйства и малое фермерство (доля порядка 40%) окажутся в новых условиях совершенно неконкурентоспособными, их ожидает стагнация и уход с рынка.

До 2011 г. свинина по цене конкурировала с говядиной, но при этом уступала недорогому мясу птицы. После снижения цен на свинину некоторые ее отруба смогут конкурировать с костными отрубами птицы. Снижение цен на продукцию свиноводства ожидается, по нашим прогнозам, в конце 2013г. – начале 2014г. и оно станет долгосрочным принципом формирования ценовой политики, который вынудит крупные холдинги и средние хозяйства стать импортерами живого скота, забивать не только свиней, выращенных в России, но и привозной скот.

Рис.7 Соотношение цен мяса птицы и свинины в убойном весе

 

Господдержку развития свиноводства с 2017 года следует проводить в виде субсидирования единицы продукции долгосрочно конкурентным свиноводческим компаниям, зарегистрированным в единой базе. Регистрация основных показателей в единой базе позволит на основе критериев, характеризующих эффективность компании, объективно ранжировать потенциальных получателей поддержки и управлять их совокупностью, исходя из бюджетных возможностей и темпов роста.

 

3. Производство мяса КРС (крупного рогатого скота)

По вопросу «мясного скотоводства» сказано значительно больше, чем оно того заслуживает в настоящее время. Но вернуться к разговору о КРС необходимо как раз по причине всеобщего глубокого заблуждения в вопросах: где мы были, где мы есть, и куда следует стремиться?

Для понимания проблемы КРС важен анализ причинно-следственных связей в динамике постреформенного периода.

Причиной, не позволяющей долгие годы обеспечить консенсус среди экспертного и делового сообщества в РФ по вопросам внутриотраслевых и межотраслевых противоречий, является непонимание факторов спада животноводства РФ в период реформ 90-х годов.

Наша задача – еще раз вернуться к этому главному вопросу (о первопричинах спада) с целью выработки логических выводов, без понимания которых трудно создать согласованный алгоритм развития.

Катастрофические темпы сокращения КРС и производства говядины в РФ являются следствием реальной неэффективности производства в этом секторе до реформ в СССР, а также сопровождается размером дотации и экспортных субсидий ЕС в поддержку своих компаний при поставках в РФ в 90-ые годы.

Проблема низкой (не рыночной) цены на говядину, которая установилась с 1992 года, носила межотраслевой характер и самым существенным образом отражалась на экономике смежных подотраслей. К примеру, низкая (нерыночная цена на говядину) не позволяла вести экономически выгодную хозяйственную деятельность в свиноводстве. Такое положение существенным образом отражалось и на рентабельности птицеводства и возможности его развития.

Если цена говядины на потребительском рынке нелогично низкая (за счёт субсидий ЕС), то невозможно представить формирование рыночных цен на альтернативные источники животного белка. Сегодня рынок РФ постепенно избавляется от такой напасти исключительно по причине сокращения субсидий ЕС под давлением соглашений стран ВТО с Евросоюзом.

Низкая цена на говядину напрямую затрагивала и другую смежную отрасль — молочную. Если фермер или хозяйство в России при убое или продаже телят, бычков или коров получают маленький доход, то соответственно затраты переносятся на единицу произведённого молока. Депрессивное состояние в молочной промышленности в постреформенный период также является следствием низкой цены на говядину в РФ.

Надо однозначно разделить внутри КРС молочное и мясное скотоводство. Это разные подотрасли, имеющие разные мотивы развития, однако их объединяет то, что ценным продуктом их деятельности является животный белок!

Элементарно можно «догадаться», что если корова дает молоко, а также она «дает» телят и в конце концов мясо, то все затраты на эту корову суммируются в ее общую себестоимость. Также очевидно, что чем дороже можно будет продать теленка или мясо (говядину) после забоя коровы, тем меньше будет себестоимость молока!

Надо запомнить еще один логический вывод: он заключается в том, что все белки животного происхождения конкурируют между собой на рынках потребительских товаров (яйцо, молоко, птица, красное мясо, рыба…). И в этой конкуренции в рамках платежеспособного спроса и кулинарных традиций покупателей большую долю в потребительской корзине будут занимать продукты с низкой ценой животного белка, что означает — с низкой себестоимостью. Это очень важное обстоятельство, как для понимания, так и формирования промышленной политики и инвестиционной среды.

Не стоит недооценивать не только внутренние, но и глобальные тенденции мирового рынка мяса. Вследствие опережающего роста технологической эффективности свиноводства и птицеводства, а также растущей потребности населения мира в доступном белке, мясное скотоводство большинства стран столкнулось с вытеснением говядины на внутренних и экспортных рынках альтернативными источниками белка.

Из этих тривиальных постулатов можно сделать очевидный вывод: если ставится задача увеличения производства и потребления молока, а эта задача ставится, и она действительно актуальна, то можно пытаться снизить себестоимость производства молока и ее конечную цену. Для этого существуют всего два способа внеотраслевого влияния:

Первое: увеличивать субсидии (денежные) на единицу производимого молока.

Второе: стимулировать условия продажи по оптимально высокой цене производных продуктов от молочного скотоводства (телятина и говядина).

Из инструментария, доступного на сегодняшний день, для уменьшения ценового давления на говядину, получаемую от шлейфа молочного стада реалистично применение двух мер:

- таможенно-тарифное регулирование, «затрудняющее» импорт именно говядины в РФ;

- сокращение средств бюджета, выделяемых на стимулированиепроизводства нового объема говядины мясного направления. Делалось же с точностью до наоборот: выделялись средства из бюджета на развитие производства «мраморного мяса»!

Как ни странно, но многим этот вопрос кажется дискуссионным. Видимо, это связано с размытостью границ задач и непониманием целей, а так же с желаниями маркетинговых планов и фантазиями частных компаний, которые навязываются правительству.

В рамках Государственной программы развития АПК 2013-2020 гг. предусмотрена поддержка «мясного скотоводства» в размере 65 млрд. рублей! Рассматривая приоритеты развития животноводства, особенно в период сужения бюджетных возможностей страны, считаем, что в краткосрочной перспективе производство КРС должно быть максимально сосредоточено на качественном развитии молочного стада, а не на попытке широкомасштабного развития мясного скотоводства.

Озабоченность падением объемов производства говядины важна, но с нашей точки зрения, важнее улучшение молочного стада и поддержка роста производства мяса птицы и свинины как наиболее экономически доступных видов мяса для населения. Эти подотрасли уже сейчас имеют совершенное технологическое производство, которое может обеспечить краткосрочную и долгосрочную конкурентоспособность мясной промышленности России.

Проекты по мясному скотоводству могут быть актуализированы только в среднесрочной перспективе через 5-10 лет. В текущем периоде проекты по развитию мясного скотоводства должны опираться исключительно на коммерческую инициативу в рамках платежеспособного спроса населения по покупке говядины. В ближайший год мы достигнем потребления птицы в объеме 45-50 %, свинины 35 % от рынка мяса и роль правительства, с нашей точки зрения, должна состоять в содействии производству птицы и свинины, как мяса доступного для самых широких слоев населения.

Такое содействие будет способствовать более быстрому росту потребления животного белка до уровня физиологической нормы (мясо, молоко, яйцо), что, несомненно, является приоритетом в социальной составляющей политики государства.

Таким образом, субсидируя «мясное производство» мы в некоторой мере «якобы» снижаем стоимость говядины для населения, при этом надо учитывать, что покупатели говядины — более платежеспособные граждане.

Высокая цена на говядину позволяет формироваться скотоводству в объёмах платёжеспособного спроса со стороны достаточно обеспеченных слоёв населения. Тем самым у потребителей с ограниченными или умеренными доходами увеличивается возможность по приобретению молока, мяса птицы и свинины.

Мы только можем приветствовать развитие частными компаниями мясного скотоводства в рамках собственных возможностей, но не из средств государственного бюджета! Следует более глубоко изучить возможность и целесообразность таких проектов и, что особенно важно территориальное расположение этих хозяйств.

Риски, которые следует учитывать, заключаются в следующем.

Пастбищное скотоводство выгоднее, чем откормочное, но из-за климатических условий организация данного вида деятельности в РФ имеет большие ограничения. Следует выбирать регионы с короткими «зимними периодами» с учетом численности населения и наличие у него навыков по ведению пастбищного скотоводства в этом регионе. Но возникают вопросы бизнес-планирования: может быть в таких анклавах более рационально наладить систему закупок, транспортировки, убоя скота, чем замыкать полный цикл; есть ли способное к ведению скотоводства население? Очевидно, что такими территориями в РФ являются Алтай, юг Урала, Поволжье, Северный Кавказ.

При откормочном производстве следует быть осторожными с точки зрения себестоимости и прогноза цены мяса в будущем. Ведь производитель говядины в РФ конкурирует с пастбищным скотоводством в Латинской Америке с одной стороны (импорт), с говядиной как производным продуктом от молочного скотоводства – с другой стороны.

Существующая и муссируемая версия высокой «ресторанной цены» мраморной говядины, как очевидный признак выгодности производства, при внимательном рассмотрении оказывается абсолютно неочевидным. Сколько мяса в виде стейков с максимальной наценкой за бренд — качество можно продать? Все разновидности филейной части стейков с костью и без составляет не более 5% от массы туши. Как же продать все остальное от «дорогой туши»? Все остальное будет конкурировать с говядиной от молочного скотоводства, импортом и т.п. Надо быть осторожным при расчетах и попробовать заглянуть в будущее.

В РФ есть всего несколько южных районов, в которых можно организовать круглогодичный выпас. Поэтому в сравнении со странами Южной Америки производство говядины в нашем климате будет неконкурентоспособным без дополнительных защитных мер внутреннего рынка и слишком обременительных для бюджета субсидий.

Согласно прогнозам до 2020 г. потребление, производство и импорт говядины в РФ будут плавно снижаться (в полном соответствии с общемировыми тенденциями). К 2020 г. доля говядины на потребительском рынке уменьшится до 17% из-за роста цен, а ее место займут птица и свинина, в определенном объеме баранина, мясо индейки.

Рис. 8 Потребление, производство и импорт говядины в РФ (тыс. тонн). Прогноз тенденций.

 

Более десяти лет внешние и внутренние условия, как в птицеводстве и свиноводстве, не будут благоприятствовать успешному инвестированию в мясное скотоводство.

Говядина для перерабатывающей промышленности как сырье, очевидно, будет дорожать в относительных ценах по сравнению со свининой и мясом птицы. Ее доля на рынке, включая промышленную переработку, будет уменьшаться.

 

4. Производство мяса КРС (мелкий рогатый скот)

В общие обзоры и расчеты по мясному балансу пора включать овцеводство. Хотя доля баранины в общем объеме потребления не превышает 3%, следует иметь в виду особую ценность этой отрасли для мирового производства в будущем, и для РФ в частности.

Значение овцеводства будет возрастать по мере роста цен на говядину, уменьшения пастбищных территорий удобных для КРС, равнинных пространств, на которых может работать сельхозтехника. Более высокая эффективность современного растениеводства побуждает к захвату не только лесов Амазонки, но и пастбищ у старого животноводческого уклада — пастбищного скотоводства. Эта глобальная тенденция предопределяет, что территории, на которых может эффективно работать сельскохозяйственная техника будут во всем мире постепенно переведены под растениеводство. Уменьшение пастбищ под КРС будет стимулировать дальнейший рост цен и, возможно, падение спроса на говядину и увеличение доли баранины в структуре потребления красного мяса. Еще очень важной составляющей, подкрепляющую эту тенденцию, является то, что под овцеводство можно еще приспосабливать достаточно большие территории пастбищ (предгорье, горы), которые не пригодны для крупного рогатого скота.

Создание и поддержание овцеводства в стране потребует значительно меньших ресурсов, и наиболее эффективно будет способствовать решению задач социально-экономической стабильности юга России.

За существенно меньшие финансовые ресурсы можно сформировать достаточно устойчивую и конкурентоспособную овцеводческую отрасль РФ. За существенно меньшие средства, по сравнению с выделяемыми государством для стимулирования производства «мраморной говядины», можно достичь качественного (генетически) и количественного перелома в развитии отрасли, которая имеет большое социально-политическое значение для республик Северного Кавказа (СКФО) и ЮФО.

Современные знания в этой области производства позволят существенным образом повлиять на развитие товарного «горного» овцеводства, так как в РФ сохранился достаточный селекционный потенциал по породам «Тушинская», «Балбасс», «Карачаевская» и т.п. Для равнинного овцеводства целесообразно финансировать приобретение известных пород, достигших лучших результатов по производительности, из Австралии или Ирландии. Это позволит существенно развить пастбищное скотоводство в Калмыкии, Ставропольском крае, Астраханской и Саратовской областях.

В связи с этим важным считаем рассмотрение вопроса о планах развития России в мировой торговле продовольствием. В частности, наравне с поддержкой роста экспорта зерна следует создавать платформу для будущих коммерческих потоков мяса.

В основном экспорт зерна ориентирован на страны, в которых существует нехватка земельных угодий, таких как пашни и пастбища. К таким странам относятся государства Ближнего Востока, Африки, Персидского залива, а так же Китай. Обеспечение этих стран не только зерном, но и мясом, дает возможность роста геополитического интереса этих стран к РФ. В структуре потребления в этих странах большую долю занимают мясо птицы и баранина. А это означает, что развитие овцеводства в РФ позволит наиболее гармонично дополнить будущие внешнеэкономические предложения России для стран с недостатками земельных ресурсов (см. главу II).

Амбиция России как экспортера белка растительного, а так же животного происхождения позволит снизить давление на правительство РФ со стороны стран, заинтересованных в укоронении нашей зависимости от импорта.

Наличие достаточно больших территорий и способность населения к работе в овцеводческой отрасли, а также близость потенциальных рынков для экспорта баранины в арабский мир делают эту отрасль не только привлекательной, но и стратегически значимой в аграрной политике России. Безусловно, и в структуре потребления красного мяса доля баранины будет возрастать.

Овцеводство в среднесрочной перспективе должно быть признано более приоритетной отраслью по отношению к мясному скотоводству. Целесообразно создать внутренние предпосылки для роста отрасли, господдержку направить на увеличение спроса, в том числе для общегосударственных нужд. К примеру: через консервную продукцию для закупок в Госрезерв, гуманитарных поставок, текущего обеспечения спецпотребителей. Надо стимулировать инфраструктуру сбора скота, доставки, убоя и хранения овцеводческой продукции.

 

Первые подвижки очевидны и выражаются в существенном росте поголовья МРС в Южном федеральном округе.

На рынке также закрепляются и растут ниши этнических продуктов, в том числе из баранины. Несмотря на ограниченный объем реального потребления таких продуктов, их наличие отражает стремление производителя подчеркнуть значимость качества и повышенные потребительские требования, усиливающиеся на рынке мяса и мясопродуктов.

За последнее десятилетие произошло и еще одно важное событие для овцеводства, а именно, шерсть как производная продукция существенно меньше влияет на эффективность производства. Надо ориентироваться на мясные породы исходя из цены и себестоимости мяса.

В мясоперерабатывающей промышленности баранина будет применяться в комбинации с говядиной и мясом птицы для производства мясопродуктов, а не только для потребителей этнической группы. В будущем мы станем очевидцами развития категории консервной и пресервной продукции из баранины, а так же полуфабрикатов, готовых блюд и деликатесов длительного срока хранения (вяленые окорочка, суджук т.п.).

Можно резюмировать, что рынок баранины растет год от года на 3-5%. Драйверами роста являются спрос на этническое питание и мода на экологичные продукты. В перспективе рост объемов потребления продолжится, и будет удовлетворяться в основном за счет отечественного производства, вырастет импорт, но его доля останется незначительной.

 

III. Элементы возможной экспортной политики РФ. Предпосылки.

С учетом отказа РФ от применения экспортпоощряющих субсидий согласно протоколу о присоединении к ВТО и ряда других уступок, основным рычагом государственного стимулирования агропродовольственной отрасли являются объем и структура распределения АМП и меры «зеленой корзины». Обычно эти меры в большей степени являются элементами политики протекционизма, нежели стимулирования экспорта.

На наш взгляд, следует выработать набор предложений, элементов экспортной стратегии РФ в области продовольствия, которые опираются исключительно на рыночные механизмы, что без дополнительной государственной поддержки позволит соревноваться с продукцией из других стран. Следует отметить, что для развития экспорта агропродукции из РФ складывается благоприятная международная конъюнктура. Экспорт ключевого сельскохозяйственного товара – зерна – очень ценен, но это сырьевой товар биржевого спроса. Желательно и долгосрочно целесообразно дополнить зерновой экспорт продукцией более высоких экономических переделов: например, мясом, мясопродуктами, полуфабрикатами, мукой, мучными изделиями и т.п.

Мировой экспорт мяса (без учета торговли внутри ЕС) за 1990‑2010 гг. вырос в 2,9 раза, что почти вдвое превышает темпы роста производства. Соответственно, почти вдвое увеличилась и экспортная квота в мясном производстве: если в 1990 г. на мировой рынок поступало только 5,0 % производимого мяса, то в 2010 г. – 9,0 %. При этом цены на мясо, хотя и снижались в начале рассматриваемого периода, к 2011 г. уже превысили уровень 1990‑1991 гг. За посткризисные 2007‑2011 гг. мировые цены на мясо выросли более чем в 1,5 раза.

В 2008–2010 гг. первую десятку экспортеров мяса составили США, Бразилия, ЕС, Австралия, Канада, Новая Зеландия, Китай, Сянган (САР Китая), Аргентина и Таиланд. Наибольшее изменение в их перечне за 1990-2010 гг. связано с крайне быстрым наращиванием экспорта мяса Бразилией, доля которой в мировом экспорте мяса возросла с 5,4 % до 22,9 %, что привело к перемещению этого экспортера с 7-го на 2-е место в мире.

Проведенный анализ по нетто-экспорту мяса показал, что некоторые ведущие экспортеры мяса в действительности выступают его нетто-импортерами. Например, ЕС находится на 3-м месте в мире как экспортер мяса, но одновременно занимает 4-е место по его импорту (в среднем за 2008‑2010 гг.). США выступают 5-м и Канада – 10-м импортером мяса в мире, несмотря на их лидирующие позиции по его экспорту.

Сопоставимые объемы экспорта и импорта мяса для одних и тех же стран обусловлены в основном их специализацией на экспорте мяса одних видов при ввозе других. Так, ЕС – мировой лидер по чистому экспорту свинины, но является нетто-импортером говядины. США, выступая абсолютным нетто-экспортером мяса птицы и свинины – 1-е и 2-е места соответственно, в 2008‑2010 гг. имели нетто-импорт говядины.

Как видно из первой десятки экспортеров только Бразилия, Австралия, Новая Зеландия, Аргентина и Таиланд отличаются крайне небольшим мясным импортом и могут действительно считаться странами, имеющими международную экспортную специализацию на уровне отрасли в целом.

Также следует отметить, что географическая концентрация экспорта мяса, как и производства, выросла: за 1990‑2010 гг. доля первой десятки экспортеров мяса увеличилась с 84,4 % до 90,8 %.

 

Ведущие экспортеры мяса в мире, тыс. т

Источник: рассчитано автором по данным FAO Statistics [Электронный ресурс] / FAO UNO. – Режим доступа: http://faostat.fao.org, свободный; Meat and Meat Products Market Summary [Электронный ресурс] / Food Outlook, GIEWS FAO UNO. – Режим доступа: http://www.fao.org/giews/english/fo/index.htm#2010, свободный.

Примечание: исключая торговлю между странами ЕС.

 

Особое положение занимает товарная позиция «баранина и ягнятина». В силу большой специфики производства этих видов мяса для нужд мирового рынка только Австралия и Новая Зеландия выступают их крупными нетто-экспортерами (причем на мировой рынок поступает почти исключительно ягнятина, а не баранина). Из рассматриваемой десятки стран-лидеров по вывозу мяса в целом все остальные являются нетто-импортерами по этой позиции, в том числе Евросоюз, Китай, США и Канада – крупными.

За 1990-2010 гг. произошли значительные сдвиги в товарной и региональной структуре международной торговли мясом. Прослеживается существенное различие в товарной структуре производства мяса, с одной стороны, и в структуре торговли этим продуктом – с другой.

Рис. 9. Динамика потребления мяса на одного жителя в мире в целом и по регионам, кг на душу населения в год. Рассчитано по данным ФАО.

Источник: составлено автором по данным статистического портала ФАО [Электронный ресурс]: База данных содержит статистическую информацию по производству, торговле и потреблению основных продуктов питания. – Режим доступа: http://faostat.fao.org/site/339/default.aspx (свободный).

 

Проведенный анализ показал, что на мировом рынке мяса существует глубокое международное разделение производства в связи со специализацией некоторых стран на поставке дорогостоящей продукции при одновременном крупном импорте для собственных нужд мяса тех же видов, но более низкого качества.

Это хороший пример для России. Мы являемся импортером мяса, можем и должны формировать предпосылки по экспорту мяса и мясопродуктов.

Для РФ значительно перспективнее ориентироваться как раз на экспорт баранины и, ввиду усиления роли эпизоотического фактора, в большей степени термически обработанных продуктов из баранины (возможно в виде консервной продукции).

Страны Северной Африки, Азии как покупатели российского зерна, также являются потенциальными потребителями мяса птицы и баранины. Учитывая уже укрепившиеся на этих рынках потоки экспорта сырья из стран с развитой аграрной экономикой следует предположить, что РФ целесообразно участвовать не на сырьевых, а на рынках готовых продуктов из птицы и баранины.

На международном рынке за последние десять лет произошло трехкратное увеличение торговли консервной продукцией из мяса птицы! На эту возможность следует обратить особое внимание. В России существующая проблема по АЧС сама по себе подталкивает нас к важному сегменту консервной продукции.

Но важно, чтобы это внимание приводило к полезным действиям, к примеру, для правительства РФ к инновационным изменениям и к логическим решениям в работе государственных структур, участвующих на продовольственных рынках. В частности, необходимо модернизировать систему закупок продовольственной продукции Госрезерва для стимулирования отечественного животноводства. Для повышения эффективности использования средств и уменьшения затрат, направляемых на обеспечение государственного резерва, целесообразно изменить структуру закупок Росрезерва, а именно: заменить закупку сырого мяса (на кости) на переработанное мясо высокой степени готовности, а именно на куриное отечественное мясо в виде консервов и частично консервированную баранину. Это позволит:

  1. Уменьшить импорт говядины (заказ Росрезерва формирует импорт говядины). Государство отойдет от участия на рынке говядины с выраженной сезонностью и волатильностью.
  2. Значительно уменьшить потребность в складских помещениях.
  3. Увеличить на 30% количество полезных свойств (пищевая и биологическая ценность) на единицу объёма хранения.
  4. Сэкономить затраты на хранение. По сравнению с замороженным мясом стоимость хранения 1 тонны консервов может быть ниже в 4 раза, а с ростом стоимости энергоносителей эта разница будет только увеличиваться.
  5. Устранить возможные проблемы использования замороженного мяса в кризисных условиях, так как для этого дополнительно требуется большое количество энергетических, производственных и людских ресурсов.
  6. Обеспечить инвариантность использования резервов при обновлении запасов, а именно:

a) без «сброса» на рынок (сырого мяса, как делается в настоящее время) можно распределить на текущее потребление армии и других спец. потребителей непосредственно готовые к употреблению продукты – консервы.

b) использовать как инструмент адресной поддержки социально детерминированных групп потребителей, в том числе и через программы социальных «продовольственных карт».

  1. Освобожденные в случае реализации предлагаемых мер холодильные мощности можно передать в использование для хранения отечественной рыбы и обеспечения равнодоступности рыбной продукции вне сезонности.

Предлагаемые преобразования являются важной предпосылкой для развития экспорта мясной продукции из РФ. Особенно в регионы, где существенными темпами растет потребление мяса (арабские страны, Азия). Именно консервная продукция из баранины и мяса птицы является, возможно, лучшим дополнением нашего зернового экспорта и роста политико-экономического влияния России в партнерстве со странами Ближнего Востока, севера Африки и в долгосрочной перспективе с Китаем.

 

IV. Новый этап стрессов для мясоперерабатывающей промышленности

Избыточное администрирование мясоперерабатывающего комплекса

 

Среди рисков кроме снижения с 2015 года импортного таможенного тарифа нами отмечается неурегулированность вопросов технического регламента. Попытка излишней детализации регламентов вышла далеко за пределы основного принципа поддержки безопасности конечного продукта.

Существующее заблуждение относительно полезности для отечественных производителей и потребителей скрупулезной детализации технических регламентов приводит к незавершаемости и невозможности довести документы до совершенства. Отступление от основного принципа безопасности и возможной унификации ряда положений для групп пищевых товаров способствует различным маркетинговым интерпретациям и «рекламным войнам», не благоприятствующим позитивному развитию отношений между потребителями и товаропроизводителями, подрывает потребительскую «репутацию» ряда важных для отечественного рынка и промышленности товарных категорий. К примеру, применяемые в конкурентной борьбе излишние усилия, «очерняющие продукты других производителей», наносят существенный вред всей товарной категории, а восстановить позитивное отношение иногда становится невозможным. Примером является категория мясных консервов.

Примером возможных решений, ухудшающих конкурентоспособность мясной отрасли, включая птицеводство, являются попытки излишней регламентации использования блочного мяса птицы механической обвалки (ММО) в переработке. Привнесение экспертами и чиновниками личных предпочтений при регламентации нормативно-технической базы без научно обоснованных выводов о полезности или вредности использования в данном случае является, с нашей точки зрения, одним из рисков для роста эффективности птицеводства.

Неподготовленность общества, в частности потребителей, к восприятию происходящих в агротехнологиях неизбежных глобальных изменений также является предметом маркетинговых конфликтов, как между разными группами компаний, так и между отдельными регулирующими ведомствами.

Например, неготовность потребителей к восприятию продуктов ускоренной селекции (так называемых генно-модифицированных) создает препятствие, как в вопросах технического регулирования, так и развития технологий.

В сфере нанотехнологической индустрии биоинженерия занимает около 10%. При всем позитивном восприятии в РФ вектора развития науки и технологий потребительская общественность пока не подготовлена к пониманию прикладных аспектов этих изменений, особенно в продовольственной сфере.

Накопленные противоречия, как в толковании, так и в регулировании ряда регламентов привели к двойственности условий работы предприятий пищевой отрасли.

Однако еще более болезненными для животноводства РФ могут стать нападки на применение ГМ продуктов в кормопроизводстве. Точка зрения некоторых общественных неправительственных организаций, касающаяся неизученности долгосрочных последствий генной трансформации, относится так же и к цепочке корма-животное-человек.

Если конфронтация сторонников и противников современных агротехнологий перекинется на эту сферу (кормов для животноводства и птицеводства), то будет дискредитирована высокая потребительская репутация отечественного мяса, возникнут предпосылки резкого падения конкурентоспособности крупномасштабного производства в РФ.

 

Кроме описанных ранее экономических проблем, возникших вопреки ожиданиям по условиям присоединения к ВТО для бизнеса, в мясопереработке усугубляется и имиджевый риск, риск полной и окончательной потери доверия потребителей.

«Убежавшие» с политического поля в предыдущие годы журналисты и СМИ нашли себе применение в антиобщественном массовом воздействии, которое можно назвать «насаждение потребительских фобий». Самое грязное в этом контексте то, что большая часть этих программ, проектов, передач финансируется за счет бюджета. Напугав граждан страны антинаучными выводами о качестве продуктов питания, эта «самодовольная гурьба» пытается выдавливать из себя «мысли» об инновациях, развитии, прогрессе. Грустно, но для пищевой промышленности в целом, и мясоперерабатывающей в частности, это — новый вызов и необходимость победить невежество, в том числе и в среде чиновников, которые позволяют использовать государственные СМИ в антисоциальном «просветительстве».

 

Информационная практика находится в конфликте с декларируемой правительством промышленной политикой, не способствует развитию мясоперерабатывающей отрасли, а следовательно, экономики нашей страны.

В действительности первостепенной проблемой мясной промышленности в целом является избыточное содержание жиров, и вопрос остается нерешенным на протяжении 40-50 лет. Но об этом никто не говорит, поэтому из пальца высасываются отдельные не столь значимые для безопасности питания вещи. А неподготовленность населения является хорошей почвой для насаждения некомпетентными людьми недалеких идей.

Данная тенденция наряду с отрицательным показателем импортного тарифа (см. главу I) является большим риском для развития мясной отрасли в целом. Если мы будем продолжать нагнетать негативное потребительское отношение к собственному мясному производству в сочетании с ошибочной импортной политикой, то получим такую же картину, как в легкой промышленности (рис. 1).

Для того чтобы этого не случилось, участники отрасли должны изменить общественное мнение о мясных продуктах в лучшую сторону: предоставлять достоверную информацию о рынке, производстве и имеющихся технологиях, а также обеспечивать качество и безопасность мясных изделий.

Рис.10. Потребление мяса и мясопродуктов в современной России (тыс. тонн)

 

Устаревшая по нынешним временам концепция приоритетности объемов производства над структурой мясной продукции, предлагаемой населению, была предопределена интенсивными реформами и повышенными темпами роста отечественного рынка мясопродуктов. В результате мясоперерабатывающая отрасль перенесла в сегодняшний день ассортиментную концепцию прошлого века, суть которой заключалась в излишнем присутствии животного жира в структуре общего объема продукции на существующей базе животноводства «старого технологического уклада».

Перерабатывающая отрасль Российской Федерации, естественно, в своем ассортименте напрямую отражала структуру сырья, получаемого от животноводства, и вынуждена была перерабатывать излишнее количество жиров. Следует признать, что в тот период животноводство не обладало необходимой компетенцией и соответствующими технологиями для снижения производства жиров на единицу выработки мяса.

Еще в 70-80 годах прошлого века в Советском Союзе ученые били тревогу по поводу излишнего содержания жиров в отечественных мясных продуктах. К примеру, рекомендуемая медицинская пропорция получения калорий организмом 1:1 от единицы белка и жира в СССР выглядела 1:2,5, а иногда 1:3!

Прошло несколько десятилетий, однако, эта диспропорциональность сохраняется до сих пор. Она лежит в основе продуктов, производимых как по ГОСТ, так и по ТУ (технические условия), и что еще более прискорбно, этот норматив допускается и в проектах новых Технических регламентов ТС (таможенного союза).

В частности, большинство колбас, выпускаемых мясной отраслью, могут содержать в своем составе до 25% жира, а деликатесные сырокопченые — до 45%.

В рыночных условиях объективно возник риск усиления дисбаланса и ухудшения даже в устоявшейся практике соотношения в мясопродуктах белка и жира.

Сегодня производители стремятся максимально (до 25%) использовать легальную по ГОСТ или по ТУ возможность использования в рецептурах колбас, сосисок и других мясных продуктах более дешевую жировую фракцию, уменьшая долю содержания белка до предельно допустимого (регламентируемого).

Это вынуждает их использовать большее количество эмульгаторов, ароматизаторов и красителей.

Таким образом, если сравнить рекомендацию официальной медицины, принятую в современном мире 1:1 (доли получения калорий через белковую и жировую фракцию), то в наших регламентирующих документах это соотношение доходит до 1:4. То есть по ГОСТ или ТУ можно произвести вареные колбасные изделия, где содержание белка не менее 11%, а жира не более 25%. В продукте (мясные продукты: колбасы, сосиски, сардельки) обычно 12% белка и 24% жира, а жир при этом содержит калорий в два раза больше.

Структура закупок животного жира по импорту в современной России является фактором, поражающим экспертов. Представьте, что кроме потребления всего животного жира, производимого в отечественном животноводстве, мы закупаем по импорту животных жиров еще с 25 миллионов свиней (больше, чем забиваем свиней сами), и весь этот жир через колбасно-кулинарные продукты переносится в организм потребителей, нанося им непоправимый вред!

Такое безумие не имеет никакого оправдания, вроде «мы — северная страна», а опирается на некомпетентность в вопросах гигиены питания населения с одной стороны, и нежелание перерабатывающей промышленности модернизироваться по части предлагаемых продуктов — с другой.

Потребительское сообщество буквально «тонет» в жире, а декларируемая социальная ответственность производителей пока не смогла перевесить как маркетинговое невежество, так и примитивный экономический интерес.

Таким образом, в современном ассортименте мясоперерабатывающей промышленности РФ соотношение животных жиров относительно белка даже хуже, чем это было 20-40 лет назад!

Рис.11. Структура импорта свинины из стран дальнего зарубежья в РФ в 2011г.

 

Необходимо срочно изменить устоявшиеся технологические принципы и изменить ассортиментную политику компании мясной отрасли.

Мы не будем сейчас останавливаться на медико-биологических последствиях, так как объективные данные по негативному влиянию избыточного потребления животных жиров на организм общеизвестны: ожирение, излишний вес, онкологические и кардиологические риски.

Из вышеизложенного вытекает совершенно очевидный вывод о том, что общественное порицание, журналистские нападки, и общее недоверие к производителям мясопродуктов имеют объективную основу. Однако вследствие непонимания реальной проблемы менее квалифицированным сообществом «полуэкспертов» наше общество получает ложные критерии об объективном качестве продовольствия.

Заметьте, практически не обсуждаются объективные параметры качества, а именно, основы химического состава, т.е. содержание белка и жира, например, зато телевидение и печать с завидной регулярностью преподносит потребителю очередные «страшилки».

Понятно, что это лишь усугубляет недоверие потребителей к производителям мясопродуктов. Возвращаясь к медицинскому аспекту проблемы, стоит отметить, что такое положение дел приводит к скрытой белковой недостаточности рациона питания при избытке получаемых калорий и не создает объективных предпосылок для улучшения качества жизни, особенно при существующем росте потребления мясопродуктов.

Между тем, для потребителей предложение продуктов мясной группы, градуированной по жирности (как это делается, к примеру, в молочной отрасли), является неизбежной, крайне необходимой мерой. Это станет катализатором роста конкурентоспособности мясной отрасли в целом. Надо обеспечить возможность выбора, доступность для потребителя высокобелковых мясных продуктов не «напичканных» излишним жиром – и соответственно излишней калорийностью. Это и есть социально значимая, ответственная миссия отечественных производителей.

Критически оценивая маркетинговую логику наших мясопереработчиков, а именно — мелкие антинаучные колкости и подрыв репутации друг друга, следует особо подчеркнуть большой синергетический негатив:

- подрыв здоровья потребителей,

- ухудшение внешнеторгового баланса,

- создание негативных условий для роста эффективности и прогресса в отечественном животноводстве и мясной отрасли…

- подрыв доверия к производителям мясопродуктов,

…Получается сплошная «подрывная» деятельность…

Срочно необходимо реформировать продуктовый ассортимент в мясной отрасли!

 

Выводы и предложения

 Достигнутые соглашения уполномоченными представителями Правительства РФ по переговорам ВТО ставят под большой риск поступательное развитие мясной отрасли РФ, особенно свиноводства и мясной переработки. Еще недостаточно осознано, что ключевые ошибки в переговорном процессе приведут к потере части суверенности в ведении независимой аграрной политики странами ТС, и РФ частности.

Сложно с этим смириться в контексте понимания значимости для диверсификации, развития экономики страны и отхода от продовольственной зависимости и углеводородной однобокости.

Что произойдет, если не будут приняты предлагаемые дорегулирующие меры.

Инвестиционный климат в мясной отрасли пострадает.

Кредитная политика ответственных государственных банков, советов директоров серьезных инвесторов в РФ «подвешивается» условиями сложившейся неопределенности.

Возможные несистемные решения – технические препятствия, которые могут быть успешно (неуспешно) оспорены странами экспортерами, создают предпосылки существенного понижения инвестиционного интереса в мясной отрасли РФ. Условия отрицательной (-20%) «эффективной ставки импортного тарифа» (неэффективной ставки импортного тарифа) приведут к деиндустриализации мясной отрасли РФ и деградации экономического взаимодействия сырьевых и перерабатывающих отраслей.

 

Среднесрочные последствия:

  1. Подавление экономической активности в мясной отрасли.
  2. Производители мясной продукции будут вынуждены развивать импорт готовых изделий для поддержания собственной дистрибуции.
  3. Невозобновляемая амортизация производственных активов в отрасли.
  4. Организованные розничные сети, как отечественные, так и международные, активно будут формировать новые заказы на импорт готовых мясопродуктов.
  5. Эскалация импорта готовых мясных изделий с 2015 года.
  6. У отечественных мясопереработчиков не будет никаких шансов выиграть в тендерах по поставке сетям продукции по СТМ (собственными товарными марками сетей) вследствие отрицательного показателя «эффективной ставки импортного тарифа».
  7. Миграция инвестиционных проектов в приграничные с ЕС регионы (в Калининград до 2016 года), а также активизация бизнес проектов в Восточной Европе и странах Балтии для производства готовых мясных продуктов для рынка ТС и РФ, в частности.
  8. Затруднение развития свиноводства, снижение рентабельности в птицеводстве под давлением цен на отдельные отруба свинины (лопатка, окорок, субпродукты).
  9. Рост себестоимости молока в связи с невозможностью отечественных мясоперерабатывающих отраслей поддержать заказы на говядину в соответствующем объеме. Это приведет к необходимости увеличения средств господдержки (АМП) для молочной отрасли, так как цена молока существенна и чувствительна для большинства населения страны.
  10. К 2020 году вместо предполагаемого объема производства «готовых мясных продуктов» в объеме 3,5 млн. тонн со стоимостным объемом более 800 млрд. руб. останется рынок в 2,0 млн. тонн с деградирующей эффективностью, со старыми производственными активами, т.е. неконкурентоспособные отрасли.

Для убедительности этого прогноза вернемся к структуре потребительских товаров (рис.1), где показана высокая доля «удержания» отечественным производителем мясной переработки и ее влияние на общую структуру соотношения отечественного и импортируемого товара после введения в 1998 году импортного таможенного тарифа в размере 25%, но не менее, чем 0,4 Евро за 1 кг, который к 2015 году согласно договоренностям с ВТО снижается в 3 раза!

Вынужденная, предлагаемая нами альтернатива, которая более легко реализуется в техническом смысле – это снижение импортного таможенного тарифа и отмена квот на импорт для мясного сырья, в частности свинины и говядины ТН ВЭД 0201-0206. Если снижение импортного тарифа будет менее 8% (это расчетный тариф для готовых мясных изделий с 2015 года), к примеру, 0-5%, то появится возможность зафиксировать положительный показатель «эффективной ставки импортного тарифа» для мясной отрасли в целом.

Такая ситуация позволяет сохранить конкурентоспособность перерабатывающей отрасли, и в случае компенсации потерь сырьевым подотраслям продолжится гармоничный рост всей мясной отрасли РФ.

Возникшая неопределенность существенным образом блокирует разработку стратегии как отраслей, так и отдельных производителей, в частности обостряется неинформированность и неопределенность по деятельности Особой экономической зоны в Калининградской области после 2016 года.

Как, к примеру, рассматривать свободные экономические зоны в Белоруссии в перспективе в рамках Единого экономического пространства?

Для правительства РФ, если не будут либерализованы условия импорта красного мяса, будет большой дилеммой кому?, на что?, сколько? распределять бюджетные средства (АМП) в условиях, когда промышленная политика будет под угрозой: начнется разбалансировка стратегии свиноводства.

При таком варианте возникает необходимость в большей, чем в настоящее время, сумме поддержки отечественного свиноводства и производства говядины. Но бюджетные возможности ограничены.

Очевидно, что структура распределения бюджетных средств (АМП) становится основным инструментом поддержки для агропродовольственного сектора.

Относительно оптимальным в сложившихся условиях решением для Правительства РФ явилось бы обоснованное перераспределение средств государства не столько для развития, сколько для поддержания (в привязке к физическому объему продукции) животноводческих подотраслей и структурных преобразований в них.

Внешнеторговые предпосылки, растущий спрос в Китае, приводящий к росту экспорта зерна и сои для нужд животноводства, постепенно перетечет и в существенный рост импорта мяса, в первую очередь свинины и мяса птицы.

На экспорт в Китай нацелены многие страны с экспортной специализацией по этим видам мяса. Для РФ, соседствующей с таким крупным потребителем, это создает большие возможности для развития свиноводческого кластера в Приморье и Дальнем Востоке. Так как в обозримой перспективе невозможно представить экспорт с предприятий Европейской части России по причине распространенности АЧС (африканской чумы свиней), региональная отдаленность таких проектов от Центральной и Южной России делает возможным экспорт сырого мяса.

Экспортная ориентация таких региональных проектов, поддерживаемая Федеральным бюджетом России в рамках существующих программ, являлась бы мерой социально-экономического развития важного для России региона, предоставила бы возможность присутствия РФ на растущем импортном рынке Китая и Кореи. Но такая перспектива может быть эффективной только совместно с предлагаемыми нами мерами дорегулирования для обеспечения оптимально низкой конкурентоспособной цены на свинину в РФ.

Только низкие рыночные цены (при отсутствии в РФ экспортпоощряющих средств согласно протоколу о присоединении) могут обеспечить условия возможного экспорта мяса и мясопродуктов.

Модернизация структуры отечественного свиноводства и перевод на овцеводство части ЛПХ и малых форм фермерства в регионах с природно-климатическими предпосылками для ведения такой деятельности будут способствовать росту экспортного потенциала страны и снижению биологических рисков (АЧС) для отечественного свиноводства.

Следующий элемент экспортной стратегии – это развитие экспорта мяса птицы.

На международном рынке за последние десять лет произошло более чем трехразовое увеличение торговли консервной продукцией из мяса птицы, на что следует обратить особое внимание. Для участия на этом рынке потребуются внутренняя модернизация и создание мобильных ресурсов, которые могут быть товаром внешней торговли.

Для стимулирования развития экспорта готовой консервной продукции из мяса птицы и баранины следует провести ряд внутренних управленческих модернизаций, таких как изменение структуры закупок мяса и мясопродуктов для нужд государства.

Амбиции России – как экспортера белка растительного, а также животного происхождения – являются объективными и опираются на исследования динамики структурных изменений на мировом рынке мяса, а так же биоклиматические условия и растущий промышленный потенциал страны.

С нашей точки зрения, очевидно, что экспертное сообщество и правительство должны выработать внешнеторговую доктрину России в области международной торговли продовольствием, которая должна помочь посольствам, торговым представительствам России, а так же МЭР РФ ускорить работу по подготовке будущей экспансии на адресные рынки продовольствия.

Такая директива наравне с доктриной «О продовольственной безопасности РФ» позволит предметно и системно изложить намерения правительства РФ и бизнеса по перспективам участия России в мировой торговле продовольствием.

Нами представлены всего лишь элементы возможной экспортной стратегии РФ на среднесрочную и долгосрочную перспективу, которую следует разработать на базе более широкого исследования возможностей роста совместно с предлагаемыми выше мерами дорегулирования рынка мяса и мясопродуктов.

 

Руководитель независимой экспертной группы Мамиконян М.

Эксперт Мамедов Г.

Эксперт Бирулин Н., Федоров О. (по главам II, III, IV)

Читайте также:

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Войти с помощью: 


*

Фермеры 

20 апреля
elena-skrynnik

Российские фермеры — ключевой драйвер роста аграрной отрасли

Фермерские хозяйства будут работать эффективнее, если создать типовые бизнес-проекты, агрофраншизы, в этом уверена Елена Скрынник, руководитель Международного независимого института аграрной политики.

15 августа

Рекордный экспорт пшеницы из России обернулся падением цен

Это катастрофа: при нынешних ценах на зерно начнется волна банкротств фермеров. Тем, кто закредитован,- а это почти все — продержаться на плаву будет очень сложно.

4 августа

Коровы, свиньи и государственные деньги

Финансовая помощь сельскому хозяйству будет эффективна только тогда, когда реальные деньги придут к реальным производителям

22 июля

Глава Кубани предложил давать землю фермерам без торгов

  В ходе заседания рабочей группы президиума Государственного совета РФ в Москве, глава Краснодарского края Вениамин Кондратьев предложил повысить эффективность использования государственного имущества и предоставлять землю для фермеров без проведения торгов, сообщается в пресс-релизе краевой администрации. В нынешних условиях, считает губернатор, конкурировать с агрохолдингами в вопросе получения участков им практически невозможно, передает kommersant.ru. По его [...]